Уязвимость обычно описывают как смелый поступок: решилась, сказала, выдохнула. Но смелость нужна не только на первую половину. Вторая начинается через секунду, когда ты смотришь на лицо напротив, и стоит она иногда гораздо дороже.
После слов "мне сейчас тяжело" обычно случается одно из двух. Человек пугается вашей грусти или бессилия и начинает судорожно вас спасать (закидывать советами, бодрить, обесценивать повод). Или считает, что ваше состояние это его вина, и начинает защищаться, оправдываться или нападать в ответ.
И приходится что-то с этим делать. Пришла за поддержкой, а в итоге успокаиваешь другого, объясняешь, что он ни при чём, или аккуратно возвращаешь обратно ненужные спасательные круги. Выходишь из разговора более уставшей, чем входила, и ещё немного виноватой за то, что вообще начала.
После нескольких таких разговоров нетрудно решить, что лучше справляться самой. Не потому, что не доверяешь людям или не умеешь быть близкой. Просто ты уже знаешь, что может последовать за откровенностью, и не хочешь снова оказаться в ситуации, где к собственной боли добавляется необходимость справляться с чужой реакцией.
У этого решения есть своя цена. Чем чаще мы оставляем трудное при себе, тем меньше у другого человека шансов узнать нас не только сильными, разумными и удобными, но и растерянными, уставшими, нуждающимися в поддержке. Мы защищаем себя от неприятной реакции, и одновременно отнимаем у отношений возможность стать ближе.
Открытость поэтому не только про смелость. Она ещё и про то, что происходит между людьми после сказанного. Может ли другой выдержать твоё "мне тяжело", не пытаясь немедленно всё исправить? Может ли услышать твою боль, не превращая её в обвинение против себя? Может ли просто побыть рядом?
И можем ли мы сами понемногу учиться говорить о том, что с нами происходит, не отказываясь от своей уязвимости при первой же неловкой реакции?
Близость не возникает автоматически от откровенности. Но невозможно по-настоящему сблизиться с человеком, от которого всё время прячешь то, что для тебя важно и больно.
Это не значит, что нужно открываться каждому или доверять человеку больше, чем позволяет ваш опыт отношений. Но с теми, кто нам дорог, всё-таки приходится рисковать быть увиденными, и смотреть, что происходит дальше.
Хорошей вам пятницы!
После слов "мне сейчас тяжело" обычно случается одно из двух. Человек пугается вашей грусти или бессилия и начинает судорожно вас спасать (закидывать советами, бодрить, обесценивать повод). Или считает, что ваше состояние это его вина, и начинает защищаться, оправдываться или нападать в ответ.
И приходится что-то с этим делать. Пришла за поддержкой, а в итоге успокаиваешь другого, объясняешь, что он ни при чём, или аккуратно возвращаешь обратно ненужные спасательные круги. Выходишь из разговора более уставшей, чем входила, и ещё немного виноватой за то, что вообще начала.
После нескольких таких разговоров нетрудно решить, что лучше справляться самой. Не потому, что не доверяешь людям или не умеешь быть близкой. Просто ты уже знаешь, что может последовать за откровенностью, и не хочешь снова оказаться в ситуации, где к собственной боли добавляется необходимость справляться с чужой реакцией.
У этого решения есть своя цена. Чем чаще мы оставляем трудное при себе, тем меньше у другого человека шансов узнать нас не только сильными, разумными и удобными, но и растерянными, уставшими, нуждающимися в поддержке. Мы защищаем себя от неприятной реакции, и одновременно отнимаем у отношений возможность стать ближе.
Открытость поэтому не только про смелость. Она ещё и про то, что происходит между людьми после сказанного. Может ли другой выдержать твоё "мне тяжело", не пытаясь немедленно всё исправить? Может ли услышать твою боль, не превращая её в обвинение против себя? Может ли просто побыть рядом?
И можем ли мы сами понемногу учиться говорить о том, что с нами происходит, не отказываясь от своей уязвимости при первой же неловкой реакции?
Близость не возникает автоматически от откровенности. Но невозможно по-настоящему сблизиться с человеком, от которого всё время прячешь то, что для тебя важно и больно.
Это не значит, что нужно открываться каждому или доверять человеку больше, чем позволяет ваш опыт отношений. Но с теми, кто нам дорог, всё-таки приходится рисковать быть увиденными, и смотреть, что происходит дальше.
Хорошей вам пятницы!