Долгое время мне казалось, что если отношения заходят в тупик, то это означает, что кто-то один недорабатывает, а второй, более осознанный и чуткий, должен взять управление на себя: понять за двоих, объяснить, проследить, чтобы ничего не развалилось. Позиция понятная, потому что когда почва уходит из-под ног, рука сама тянется к контролю, и кажется, что стоит ослабить хватку хотя бы на минуту, то случится что-то необратимое.
Если посмотреть на некоторые пары со стороны, их отношения напоминают танец. Один тревожится, задаёт вопросы, добивается разговора "Ну скажи, что с тобой?" Другой уходит в работу, молчит, отшучивается или просто закрывает дверь. Первый чувствует себя отвергнутым и начинает добиваться ещё сильнее. Второй чувствует давление и отдаляется.
Обычно говорят, что один из них тянется к близости, а другой её избегает. Но мне кажется, здесь всё не так просто.
Догоняющий получает ощущение, что связь существует, пока он за неё держится, и ему не приходится встречаться со своим собственным страхом подойти вплотную и остаться, ведь он всё время занят погоней. Отдаляющийся получает возможность не носить в себе тоску по контакту, потому что о связи кто-то и так заботится, а ему достаточно держать дистанцию, чтобы сохранять чувство, что выбор остаётся за ним.
Получается, что двое разделили между собой одну двойственную позицию: один взял на себя желание близости за обоих, а другой страх перед ней тоже за обоих. Поэтому такой танец и устойчив, и так выматывает, ведь каждый несёт половину чувства, которое на самом деле принадлежит им обоим.
При этом я не думаю, что ответственность в таких историях всегда распределена поровну. Один действительно может сильнее давить, не слышать отказа или нарушать границы. Другой может избегать любого разговора и оставлять партнёра в мучительной неопределённости. То, что между людьми складывается общий сценарий, ещё не значит, что оба внесли в него одинаковый вклад. Понять, как устроены отношения, не значит объявить всех одинаково виноватыми.
Внутри этого сценария каждый обычно видит прежде всего чужой шаг. "Я начинаю настаивать, потому что ты опять замолчал!". "Я замолкаю, потому что ты опять на меня давишь". У каждого есть своя правда, свои чувства и причины. Только собственный поступок при этом кажется вынужденным, а чужой — причиной всего происходящего. И круг замыкается.
Иногда что-то меняется, когда один перестаёт делать привычный шаг. Тому, кто привык догонять, приходится остаться со своей тревогой: а что, если я больше не буду удерживать отношения, что от них останется? А тот, кто привык отдаляться, может вдруг обнаружить, что за ним больше не бегут. И тогда вместо привычного раздражения от чужого напора может нахлынуть совсем другое чувство — одиночество, тоска, желание, чтобы всё-таки подошли.
Остановить этот танец непросто. Ведь речь не о том, чтобы демонстративно замолчать, исчезнуть и проверить, побежит ли партнёр следом, это не про новый способ заставить другого приблизиться. Это про то, чтобы перестать делать за двоих то, что каждый может сделать только сам.
А вот дальше совсем не обязательно случится сближение. Может оказаться, что у вас разная готовность к близости, разные представления об отношениях или разное желание их продолжать. Возможно, другой так и не сделает шаг навстречу. Это больно, но тоже ответ. Иногда, перестав тащить отношения на себе, мы не спасаем их, а наконец видим, какими они на самом деле являются.
Мне кажется, близость начинается не там, где один научился понимать за двоих и делать всё правильно. Она возможна, когда каждый может сделать собственный шаг, и при этом остаётся свободным не идти дальше.
Наверное, стоит иногда спросить себя не только "Почему он так со мной поступает?", но и "Что сейчас делаю я? Чего боюсь, если перестану делать это привычным способом?"
И увидеть, что происходит между вами, когда ты перестаёшь автоматически делать свой привычный шаг.
Если посмотреть на некоторые пары со стороны, их отношения напоминают танец. Один тревожится, задаёт вопросы, добивается разговора "Ну скажи, что с тобой?" Другой уходит в работу, молчит, отшучивается или просто закрывает дверь. Первый чувствует себя отвергнутым и начинает добиваться ещё сильнее. Второй чувствует давление и отдаляется.
Обычно говорят, что один из них тянется к близости, а другой её избегает. Но мне кажется, здесь всё не так просто.
Догоняющий получает ощущение, что связь существует, пока он за неё держится, и ему не приходится встречаться со своим собственным страхом подойти вплотную и остаться, ведь он всё время занят погоней. Отдаляющийся получает возможность не носить в себе тоску по контакту, потому что о связи кто-то и так заботится, а ему достаточно держать дистанцию, чтобы сохранять чувство, что выбор остаётся за ним.
Получается, что двое разделили между собой одну двойственную позицию: один взял на себя желание близости за обоих, а другой страх перед ней тоже за обоих. Поэтому такой танец и устойчив, и так выматывает, ведь каждый несёт половину чувства, которое на самом деле принадлежит им обоим.
При этом я не думаю, что ответственность в таких историях всегда распределена поровну. Один действительно может сильнее давить, не слышать отказа или нарушать границы. Другой может избегать любого разговора и оставлять партнёра в мучительной неопределённости. То, что между людьми складывается общий сценарий, ещё не значит, что оба внесли в него одинаковый вклад. Понять, как устроены отношения, не значит объявить всех одинаково виноватыми.
Внутри этого сценария каждый обычно видит прежде всего чужой шаг. "Я начинаю настаивать, потому что ты опять замолчал!". "Я замолкаю, потому что ты опять на меня давишь". У каждого есть своя правда, свои чувства и причины. Только собственный поступок при этом кажется вынужденным, а чужой — причиной всего происходящего. И круг замыкается.
Иногда что-то меняется, когда один перестаёт делать привычный шаг. Тому, кто привык догонять, приходится остаться со своей тревогой: а что, если я больше не буду удерживать отношения, что от них останется? А тот, кто привык отдаляться, может вдруг обнаружить, что за ним больше не бегут. И тогда вместо привычного раздражения от чужого напора может нахлынуть совсем другое чувство — одиночество, тоска, желание, чтобы всё-таки подошли.
Остановить этот танец непросто. Ведь речь не о том, чтобы демонстративно замолчать, исчезнуть и проверить, побежит ли партнёр следом, это не про новый способ заставить другого приблизиться. Это про то, чтобы перестать делать за двоих то, что каждый может сделать только сам.
А вот дальше совсем не обязательно случится сближение. Может оказаться, что у вас разная готовность к близости, разные представления об отношениях или разное желание их продолжать. Возможно, другой так и не сделает шаг навстречу. Это больно, но тоже ответ. Иногда, перестав тащить отношения на себе, мы не спасаем их, а наконец видим, какими они на самом деле являются.
Мне кажется, близость начинается не там, где один научился понимать за двоих и делать всё правильно. Она возможна, когда каждый может сделать собственный шаг, и при этом остаётся свободным не идти дальше.
Наверное, стоит иногда спросить себя не только "Почему он так со мной поступает?", но и "Что сейчас делаю я? Чего боюсь, если перестану делать это привычным способом?"
И увидеть, что происходит между вами, когда ты перестаёшь автоматически делать свой привычный шаг.